Рейка тяжело вздохнула и вытерла пот со лба. Безжалостные лучи африканского солнца, казалось, вот-вот растопят ее. Но разве истинного ученого остановят такие мелочи!
Неожиданно рядом пронеслось прохладное дуновение, нежно овеявшее разгоряченную кожу. В следующую секунду широкий белый плащ закрыл ее от солнца, и глубокий голос произнес:
- Ты здесь…
Рейка обернулась. Высокий беловолосый мужчина стоял позади нее и торжествующе улыбался.
- Как ты нашел меня? – удивленно спросила она.
- Это для меня нетрудно. Я же обещал, что никода не покину тебя. Я там, где ты…
- Кунсайт… - Рейка смущенно опустила взгляд.
В пальцах Кунсайта возникла пышная роза с каплями росы на лепестках.
- Самому прекрасному цветку в этой пустыне, - произнес он, протягивая розу своей возлюбленной.
- О, Кунсайт! – Рейка покраснела и взяла розу.
- Я люблю тебя, - нежно произнес Кунсайт, обняв ее. – Что значат розы в сравнении с твоей красотой! Что значит весь мир, когда ты рядом!
Он поцеловал ее. Вкус его поцелуя, нежный аромат розы и пряный, дрожащий от знойного марева воздух… Всё перемешалось. Даже солнце уже не казалось таким убийственно жарким. И всё же Рейке снова казалось, что она вот-вот растает – от любви и страсти, которые дарил ей её возлюбленный демон.
***
- Юмене, не пора ли сделать перерыв? Я устал!
Призыв остался без ответа: молодая художница была полностью поглощена работой над новым портретом. По ее лицу было понятно, что она парит на крыльях вдохновения где-то в горних сферах искусства, и ничто земное ее не волнует.
- Юмене!
Недовольство, отчетливо прозвучавшее в голосе, заставило художницу очнуться. Отложив кисть, она виновато улыбнулась:
- Прости, любимый, я увлеклась…
Любимый тем временем уже сидел на балконных перилах, беззаботно болтая ногами и поигрывая длинной рыжевато-золотистой прядью волос.
- Зой-тян! – вскрикнула Юмене. – Ты же знаешь, у меня сердце замирает, когда ты так делаешь!
- Почему? – искренне удивился Зойсайт, поднимаясь чуть повыше и зависнув нога на ногу в воздухе.
- Зой-тян, не надо, - в глазах художницы блеснули слезы.
Зойсайт бросился к ней.
- Что случилось, Юмене?
- Прости, - пробормотала она, уткнувшись лицом ему в грудь. – Я такая глупая… Наверное… я просто боюсь, что однажды ты исчезнешь… Зой-тян…
- Юмене, ну что ты, - прошептал Зойсайт. – Зачем ты так говоришь? Я никогда не исчезну… Как я могу оставить того, кого люблю?
Руки художницы погрузились в золотистые шелковые пряди, источающие едва уловимый аромат цветущей сакуры. В огромных изумрудных глазах – нежность и беспокойство.
Зойсайт. Её ангел, подаривший ей вдохновение, давший её кисти удивительную силу. Её демон, опьяняющий одним взглядом, похитивший ее покой, завладевший ее сердцем…
- Прости меня, Юмене. Пожалуйста, пойдем и закончим эту картину. Тебе ведь осталось немного…
- Нет, Зой-тян! – Юмене вдруг просияло – Останься здесь!
- А? - он непонимающе взглянул на нее.
- Пожалуйста, Зой-тян, сядь… Да, вот так… Это потрясающе! – Юмене захлопала в ладоши.
Через минуту она вновь взялась за кисть. Зойсайт слегка повернул голову, позволяя вечернему ветерку играть с его волосами. Чуть полуоткрытые губы, загадочная искорка в зеленых глазах…
У Юмене перехватило дыхание.
Существо иного мира в плену земной любви…
Именно такой должна быть ее новая картина.
И это будет шедевр!
***
Высокий светловолосый парень в черных очках и спортивном костюме стоял у дверей салона красоты «Белая лилия», точно ждал кого-то.
Вот он решительным жестом снял очки. Блеснули льдом холодные голубые глаза. Впрочем, в следующую секунду лёд в них растаял бесследно…
- Джедайт! – молодая женщина с длинными каштановыми волосами, радостно смеясь, бросилась ему на шею…
- Я сегодня освободилась пораньше… Может быть, сходим в кафе?
- С удовольствием, Харуна…
Молодая учительница подняла голову и посмотрела на мерцающую вывеску над входом.
- Навевает воспоминания, - заметила она. – Именно здесь мы впервые встретились, помнишь?
- Да, - кивнул Джедайт, уже успевший сменить спортивный костюм на строгий вечерний.
- Здесь ты вернул мне мою красоту, мою веру в себя…
- А ты научила меня любить.
- Хмм, и ты усвоил этот урок? – Харуна строго сдвинула брови.
- Убедись сама, если хочешь! – засмеялся Джедайт и поцеловал ее.
- Джедайт… - Харуна внезапно посерьезнела.
- Да?
- Ты ведь сегодня снова…
- Да, сегодня я снова работаю на радио… Что-то не так?
- Нет, всё в порядке… Только…
- Только что?
- Тебе приносят кучи любовных писем!
- Ну, их приносят не мне, - уточнил Полуночный ди-джей. – Я всего лишь помогаю юный неопытным сердцам сказать о своей любви…
- Я знаю, знаю… - прошептала Харуна, восторженно глядя на своего любимого.
***
«Напоминаю вам, что это письмо нам прислал Полуночный незнакомец, а адресовано оно, как всегда, Мечтающей Харуне…»
За спиной Нефрита послышались шаги. Он улыбнулся и приглушил радиоприемник.
- Нефрит!
- Нару, - Нефрит обернулся, с улыбкой глядя на вошедшую девушку. – Джедайт в своём репертуаре – каждую передачу начинает с признания в любви своей Мечтающей Харуне!
- Они любят друг друга, это замечательно, - улыбнулась Нару. – Усаги говорит, что Харуна-сенсей на уроках просто светится от счастья!
- И задает на дом исключительно сонеты Шекспира в подлиннике, - хмыкнул Нефрит. – Бедная Усаги…
Он принялся крутить ручку радиоприемника, и вскоре нашел то, что нужно – комната наполнилась мелодичными звуками вальса..
- Потанцуем, Нару?
- Конечно! – улыбнулась она.
Они кружились в танце в пустой комнате, и только звезды смотрели на них в раскрытое окно. Так же, как они смотрели в этот момент на тысячи влюбленных в разных уголках земного шара.
И может быть, если бы их спросили, они могли бы дать ответ на вопрос – как получилось, что великая четверка лордов Темного Королевства позабыла о своем темном прошлом, обретя любовь и счастье на Земле?